Page images
PDF
EPUB

императорскими дворами, ежели только лондонский двор обяжется доставлять ему в случаях войны, там указанных, помощь при первом выступлении в поход в полтора миллиона фунтов стерлингов и в 3 миллиона фунтов стерлингов ежегодных субсидий, тем не менее льстя себя надеждою, что в последнем случае ежегодная субсидия, по крайней мере за первый год, будет доведена до 4 миллионов.

В уверение чего нижеподписавшийся, снабженный полномочиями е. в-ва императора и короля апостолического и именем его, подписал настоящую декларацию и приложил к ней печать своего герба.

Заключено в С.-Петербурге 14(26) декабря 1804 г.

(М. П.) Иоганн Филипп граф Стадион

81. Товарищ министра иностранных дел А. А. Чарторыйский
посланнику в Константинополе А. Я. Италинскому

17(29) декабря 1804 г.

Пребывающий здесь португальский поверенный в делах домогается именем двора своего о исходатайствовании купеческому их флагу позволения свободного плавания по Черному морю; польза из того, предвидимая для собственной нашей торговли, заставляет нас желать, чтоб они получили просимое позволение. Предоставляя себе писать Вам обстоятельно о сем по будущей почте, я не хотел пропустить сей случай, чтоб не предуведомить Вас о том, дабы Вы могли при удобном времени приуготовлять турецкое министерство к принятию желаемым нам образом ходатайства нашего о пор

тугальцах.

Пребываю и т. д.

Подписано 17(29) декабря и отправлено того же числа с коллежским] acec[copoM] Ba

луевым.

Печат. по отпуску.

82. Товарищ министра иностранных дел А. А. Чарторыйский
генеральному консулу в Яссах И. Ф. Болкунову

No 1

39

Государь мой Ипполит Федорович! Из дел предместника Вашего Вы можете обстоятельно узнать все происшедшее в Белграде и причины, побудившие славеносербов, тот край обитающих, восстать противу угнетавших их *; равномерно, что от них были сюда отправлены три депутата ходатайствовать заступление российского двора у Порты *. По сему предмету теперь имею Вас уведомить, что по соображению обстоятельств найдено приличным предписать посланнику нашему в Царе Граде употребить старания свои к склонению Порты даровать им некоторые привилегии, могущие улучшить состояние оного народа 130. Привилегии сии должны состоять в том, чтоб сербы были освобождены совершенно от присутствия турецких военнослужителей, чтобы могли иметь своего правителя под каким-либо наименованием и своих судей, платя, впрочем, исправно все подати Порте и содержа до 5 тыс. войска как для охранения того края от набегов разных разбойнических партий, так и для действования противу врагов Порты. Сие есть предписание, данное Италинскому, и в смысле коего должен он основать свои ходатайства. А дабы Порту принудить податься на оное, то внушено

* См. док. 74.

17(29) декабря 1804 г.

[ocr errors][ocr errors][ocr errors][merged small][ocr errors][ocr errors][ocr errors]

депутатам, ныне отсюда отъезжающим, чтоб они убедили своих соотчичей не покидать оружия и продолжать военные действия свои, между тем послали бы в Царь Град прошение к е. в-ву султану или чрез нарочных депутатов, буде не предвидится для них опасности, или чрез иное какое посредство; в сем прошении должны они изложить все бедствия, ими претерпенные, непрочность их бытия, доколь турецкий начальник ими управлять станет, приверженность свою к Порте и твердое свое намерение пребыть оной верными, буде согласится оставить их на положении, выше уже описанном, и, наконец, когда Порта окажет охотливость свою даровать им просимые права, тогда требовать, чтобы оные были утверждены ручательством России и Австрии; по мере же получения здесь сведений от г-на Италинского о постепенном успехе в его ходатайстве о сербах, будете Вы снабжаемы надлежащими предписаниями для сообщения оных сему народу, дабы оный мог согласно с тем направлять и поведение свое. А как неудобно Вам сноситься с сербами чрез посторонних людей, могущих каким-либо образом открыть существование таковых сношений, то и находим мы лучшим, чтобы один из депутатов сербских, здесь бывших, или ныне остался в Яссах, или возвратился туда по окончании своей комиссии; в Яссах же жить ему в виде купца и производить какой-либо торг, дабы тем лучше скрыть настоящий предмет его там пребывания; когда же по даемым Вам отсюда предписаниям получит он какие наставления от Вас для народа, тогда должен сам или чрез верного человека из соотчичей его, естли таковой при нем будет, отправлять оные. Вам же остерегаться, чтобы письменно никогда не сообщать что-либо сему депутату, а объяснять ему все словесно.

Изложив Вам, таким образом, как намерения наши, так и поведение, коему Вы должны следовать, остается мне сказать Вам, что сим депутатам объявлено здесь, что к Вам пошлются 3 тыс. червонных для доставления к Черни Жоржу на необходимые издержки для его корпуса, которые при сем к Вам препровождаются с тем, чтобы Вы наивернейшим образом доставили оные к помянутому начальнику сербов. Естли Вы по новости своей в том крае не сыщете удобного для сего случая, то можете адресоваться к воложскому господарю Ипсилантию, который таковой без труда Вам сыщет; что ж по сему предмету Вами учинено будет, имеете донести сюда по первой почте. Когда депутаты уедут из Ясс (но не прежде), нет надобности скрывать о том, что они были присланы сюда от сербского народа; притом Вы можете отзываться, что Россия, состоя в тесной дружбе с Портою и не желая отнюдь вмешиваться в дела подданных сей империи, нужным сочла ограничиться советованием сим депутатам обратиться прямо к милосердию своего государя. С господарем Ипсилантием можете быть в откровенности по всем сим делам, но от князя Мурузия должны сохранить все в тайне, то есть, как намерение наше ходатайствовать за сербов у Порты, так денежное пособие, им чинимое, советы, им нами данные, и пребывание в Яссах одного из депутатов.

Пребываю...

К[нязь] Адам Чарторыский

Из упоминаемых в сей депеше депутатов один токмо поехал чрез Яссы, протчие обратились чрез австрийские владения; первый снабжен от меня Письмом к Вам и пашпортом российского подданного, он останется жить в Букоресте, дабы быть в возможности получать от Вас сведения, кои отсюда или от г-на Италинского Вам будут доставляемы, относительно до сербского народа, и оные сему с большею удобностию сообщать. Сверх означенных в депеше моей 3 тыс. голландских червонных, всемилостивейше пожалованных Черни Жоржу, государь император повелел возвратить и те 600 чер

вонных, которые даны были депутатам их на дорогу сюда; сии 600 червонных посылаю равномерно к Вам, которые все, то есть 3600 червонных, доставите самым вернейшим и секретнейшим образом Черни Жоржу.

Письменно по сим делам рекомендую Вам не сообщать ничего ни господарю Ипсилантию, ни другому кому бы то ни было из посторонних людей, ниже самым сербам

**

Князь] Адам Чарторыский

Получено 6 генваря 1805 г. Отв[ечено] 16 [генваря 1805 г.).

Печат. по подлиннику.

19(31) декабря 1804 г.

La communication, que nous vient de faire le comte de Stadion d'une dépêche ostensible qui lui fut adressée en date du 2 décembre dernier, nous replace de nouveau dans la nécessité de revenir avec v. ex. sur l'objet qui concerne le Montenegro. Après avoir essayé dans cet office de prouver par les dispositions du traité de Czistove " la dépendance du Montenegro de l'Empire ottoman, le ministère autrichien y cherchait à nous faire reconnaître la nécessité pour la cour de Vienne de recourir à des voies de rigueur pour terminer des embarras avec les Montenegrins et principalement avec leur métropolite.

131

Déjà à la lecture des premières lignes nous avons été fortement surpris de ce qu'on ait voulu à Vienne établir sur les dispositions dudit traité la sujétion du Montenegro à l'Empire ottoman. Pour se rendre un compte exact de notre surprise, il suffit de se rappeler l'époque à laquelle le traité de paix fut conclu et la cour impéria lle et rloyalle se souvient assurément qu'après que l'Autriche eut mis fin par ce traité à la guerre que les deux cours impériales avaient entreprise d'un commun accord contre la Porte, la Russie se trouva être seule en guerre contre cette puissance qui doit nous être parfaitement étranger.

Ce n'est donc pas le traité mentionné qu'on peut nous opposer comme une autorité dans le cas dont il s'agit. D'ailleurs, sans m'arrêter longtemps à une époque si peu agréable pour nous, je ne puis m'empêcher d'ajouter qu'on a bien plus de peine encore à expliquer comment une transaction passée entre deux puissances pourrait y lier un Etat libre qui n'y fut pour rien.

83. Товарищ министра иностранных дел А. А. Чарторыйский
послу в Вене А. К. Разумовскому

Depuis plusieurs siècles les Montenegrins sont en possession d'une entière indépendance. Tous les efforts, qu'on a vu faire à plusieurs souverains ottomans pour les en dépouiller, sont venus échouer contre les rochers et le courage des habitants de ce petit pays, et ce n'est pas d'un trait de plume, ni en vertu d'un traité, dont ils ne soupçonnent peut-être pas l'existence, qu'ils pourront être rangés dans la classe des sujets turcs. La cour de Vienne ne voudra pas non plus que ce même trait de plume imposât à la Russie la dure nécessité de retirer sa protection à un peuple qui en jouit depuis un siècle et qui s'est jeté volontairement entre ses bras.

Tout ce qui vient d'être exposé au sujet du traité de Czistove peut être parfaitement appliqué aux traités et conventions de la Porte avec l'ex-République vénitienne, car cette dernière avait tout aussi peu de droits de disposer du Montenegro que telle autre puissance de l'Europe. Si les Montenegrins eurent toujours le joug ottoman en horreur, ils ne se montrèrent pas moins jaloux de pré

«ниже самым сербам дописано рукою Чарторыйского.

**

server leur indépendance contre les entreprises des Vénitiens, et ils suivirent cette dernière marche avec le même succès.

Pour ce qui regarde la Porte Ottomane, depuis nombre d'années elle est instruite de la protection que la Russie accorde au Montenegro, et, dernièrement encore, lorsque des circonstances urgentes et suffisamment connues nécessitèrent l'expédition du comte d'Ivelitch, nous ne manquâmes pas de mettre le ministère ottoman au fait sur le véritable objet de sa mission. La Porte, connaissant parfaitement l'existence politique du Montenegro et ne se dissimulant pas que ce pays se trouve absolument hors de sa dépendance, ne saurait concevoir le moindre ombrage de ses rapports avec la Russie, et s. m. i., en rassurant pleinement à cet égard son intime allié, se charge volontiers de répondre à toutes les réclamations qui pourraient lui être adressées de la part de la Porte relativement audit pays.

J'aborderai maintenant les motifs, allégués par la cour de Vienne dans la dépêche précitée du comte de Cobenzl, pour établir la nécessité de prendre des mesures sérieuses relativement au Montenegro et principalement contre le métropolite. J'ai déjà observé plus haut, et il ne sera pas inutile de le répéter encore une fois, que depuis plus d'un siècle le Montenegro se trouve sous la protection de la Russie. Si à la suite du vœu unanime, dernièrement exprimé par les habitants de ce pays, notre influence y fut consolidée, il nous semble que la cour de Vienne devrait se réjouir avec nous de ce succès comme d'un moyen, que nous nous sommes acquis par là, de cimenter davantage les rapports d'amitié et de confiance qui subsistent entre les deux pays.

En rénumérant les preuves irréfragables que s. m. i. lui a données en différents temps de son vœu constant et sincère à cet égard, il lui sera aisé de se convaincre que notre auguste maître, fidèle à ses principes, n'usera, quant à l'Autriche, de son influence au Montenegro que pour conserver le bon voisinage de ce pays avec les provinces avoisinantes de la domination autrichienne. S. m. i., pouvant compter sur un attachement inviolable de la part des Montenegrins et ayant plus d'une raison à croire que leur métropolite est sincèrement revenu à son devoir, n'hésite pas à répondre à la cour de Vienne de la conduite future des Montenegrins, à moins que des intrigues sourdes et soufflées du dehors ne viennent entraver ses soins. De cette manière les mesures vigoureuses devenant parfaitement inutiles, la cour i[mpéria]le et r[oyalle pourra les reporter sur d'autres points qui doivent, selon nous, attirer de préférence son attention.

En examinant ainsi l'application desdites mesures et les motifs qui en ont suggéré l'idée à la cour de Vienne, l'empereur a reçu avec une satisfaction toute particulière l'assurance qui nous fut donnée par le comte de Stadion, que la cour i Impéria lle et r[oyalle n'étendra jamais ses vues sur la possession du Montenegro et même ne se permettra aucun empiétement sur le territoire de ce pays. S.m.i., se reposant entièrement sur la loyauté connue de son intime allié, n'en demande pas plus pour être parfaitement tranquille à cet égard et désire seulement qu'on le soit également à Vienne sur le compte des menées présumées du métropolite. Car il est plus que probable que celui-ci, voyant l'attachement inébranlable de ses compatriotes pour la Russie et connaissant suffisamment la nature des rapports qui existent entre les deux cours impériales, s'abstiendra désormais de toute démonstration qui pourrait fournir à celle de Vienne le sujet de quelque plainte contre lui. Dans tous les cas, s'il arrivait qu'il oubliât la dernière leçon que nous lui avons donnée et qu'il se portât à de nouvelles machinations, il est à espérer qu'on trouvera toujours dans la personne de l'agent russe un surveillant assez vigilant pour les découvrir et les déjouer à temps.

Quant au consul Masoureffsky, sa conduite ayant été fortement et à plusieurs reprises redressée, il n'y a pas de doute qu'il n'y apporte les amendements désirés par la cour de Vienne. Si, cependant, contre toute attente il continuait

à donner de justes sujets de mécontentement contre lui, le ministère i[mpérialle et rloyalle peut être persuadé qu'on s'empressera ici à y remédier en donnant une autre destination à Mr de Mazoureffsky.

Ayant ainsi répondu à tous les points de la dépêche relative aux affaires du Montenegro que le comte de Stadion nous a communiquée, je dois prier v. ex. de communiquer également in extenso le contenu de la présente au vice-chancelier de cour et d'Etat.

Avant de terminer, j'ai encore à Vous transmettre, Mr le comte, la résolution de l'empereur touchant l'autorisation, déléguée par les Montenegrins au consul Mazoureffsky, d'intervenir auprès des autorités autrichiennes à Cattaro toutes les fois qu'ils seront dans le cas d'y faire quelques réclamations.

S. m. i. désire vivement que cette intervention fût admise par la cour de Vienne, convaincue, comme elle est, que les Montenegrins s'étant une fois soumis à la juridiction du consul russe à Cattaro, leurs rixes fréquentes avec les sujets autrichiens non seulement pourront être toujours prévenus par les soins de cet agent, mais que le germe en sera même étouffé. L'amitié et l'alliance qui unissent les deux souverains, nous autorisent à croire que cet objet ne rencontrera à Vienne aucune difficulté. J'y ajouterai la considération que l'exemple n'est pas nouveau: toutes les puissances de l'Europe ont déjà reconnu ce droit à s.m.i. relativement à la République septinsulaire, et l'empereur ne doute nullement que son auguste allié voulût cette fois-ci être moins complaisant.

S.m.i. Vous charge, en conséquence, Mr l'ambassadeur, d'en faire incessamment la demande auprès du ministère autrichien, par un office en forme, à l'effet d'obtenir les ordres nécessaires pour les autorités de Cattaro, relatifs à la compétence du Sr Mazoureffsky dans son entremise en faveur des Montenegrins.

J'ai l'honneur...

Помета Александра 1: Быть по сему.

19 декабря 1804 г.

Печат. по отпуску.

Перевод

В связи с тем, что граф Стадион сообщил нам недавно содержание присланной ему открытой депеши от 2 декабря сего года, мы снова вынуждены вернуться вместе с вами, в. с-во, к обсуждению вопроса о Черногории. Сделав в этом письме попытку доказать ссылкой на постановления Систовского договора зависимость Черногории от Оттоманской империи, австрийское министерство пыталось далее заставить нас признать, что венскому двору необходимо прибегнуть к суровым мерам, чтобы положить конец затруднениям с черногорцами и, главным образом, с их митрополитом.

131

Уже при чтении первых строк мы были весьма удивлены тем, что в Вене хотели доказать подвластность Черногории Оттоманской империи на основании постановлений означенного договора. Чтобы верно представить себе наше удивление, достаточно вспомнить то время, когда был заключен этот договор. Императорский и королевский двор помнит, конечно, что, после того как Австрия закончила этим договором войну, которую оба императорских двора совместно предприняли против Порты, Россия осталась одна в состоянии войны с этой держа

вой и он к нам никакого отношения не имеет.

Следовательно, упомянутый договор нельзя рассматривать как действительный для нас в данном случае. Впрочем, не останавливаясь долго на времени, столь мало для нас приятном, я не могу вместе с тем не добавить, что гораздо труднее объяснить, каким образом соглашение, заключенное между двумя державами, могло бы установить обязательства для свободного государства, которое не имело к нему никакого отношения.

В течение ряда веков черногорцы пользуются полной независимостью. Все усилия, прилагавшиеся многими оттоманскими государями, чтобы отнять у них ее, разбились о скалы этой маленькой страны и мужество ее жителей, и не росчерком пера или ссылкой на договор. о существовании которого они, может быть, и не подозревают, можно их включить в число турецких подданных. Венский двор не захочет также, чтобы тот же самый росчерк пера навязал России жестокую необходимость лишить своего покровительства народ, который пользуется им в течение века и который добровольно бросился в ее объятия.

« PreviousContinue »